The New York Times: Мемориал Холокоста в Украине привлекает критиков и толпы людей.

СМИ США

Приверженцы традиций осуждают современный художественный подход к увековечиванию памяти жертв Холокоста, который используется в Бабьем Яру, месте массовых расстрелов во время Второй мировой войны, но на юбилейную годовщину в Бабий Яр пришли тысячи.

“Прикоснитесь к трагедии Бабьего Яра”, – предлагало объявление, призывая пользователей узнать больше об одном из крупнейших массовых расстрелов евреев во время Второй мировой войны.

Эта реклама вряд ли была чем-то необычным. Украина отмечает 80-ю годовщину расстрела в Бабьем Яру, реклама в Интернете, инсталляции современного искусства и такие захватывающие аудиторию методы, как онлайн-игры, стали неотъемлемой частью хорошо финансируемых усилий по обновлению памяти о Холокосте.

Усиленный технологиями подход вызвал критику со стороны традиционалистов, которые говорят, что он нарушает торжественность темы.

Нацисты расстреляли в Бабьем Яру десятки тысяч евреев, цыган, украинских и российских военнопленных, а также пациентов психиатрических больниц и других людей.

Но организаторы пришли к выводу, что более современная презентация привлечет больше зрителей, и, похоже, им удалось добиться успеха там, где многочисленные предыдущие попытки потерпели неудачу. Место, которое раньше было практически безлюдным, за исключением официальных делегаций и иногда использовалось не по назначению для барбекю или катания на велосипедах, недавно заполнилось посетителями с цветами и свечами.

Марш в память о резне в Бабьем Яру в воскресенье в Киеве. Brendan Hoffman for The New York Times.

Кульминацией юбилейных церемоний стало посещение Бабьего Яра президентом Украины Владимиром Зеленским, который является евреем, и открытие инсталляции современного искусства “Хрустальная стена плача”. Ожидается, что стоимость полного музейного комплекса составит более 100 миллионов долларов. Около половины этой сумы пожертвовали российские олигархи, а его строительство планируется завершить в 2025 году.

Резня в Бабьем Яру, была одной из самых печально известных во время Второй мировой войны. В конце сентября 1941 года, вскоре после того, как немецкая армия вошла в Киев, евреям города было приказано собраться возле железнодорожного вокзала, чтобы быть переселенными. Толпы людей, среди которых было много женщин и детей, последовали приказу, но когда они пришли со своими вещами, их заставили раздеться и собраться в овраге. Людей расстреливали небольшими группами, более 33 000 человек за два дня, по данным историков. Дальнейшие массовые расстрелы происходили на этом месте в течение всей войны.

“Я вырос на военных историях поколения моих бабушек и дедушек”, – сказал Андрей Уманский, немецкий историк с украинскими корнями, работающий в частной инициативе – Мемориальном центре Холокоста “Бабий Яр”.

“Но у сегодняшних студентов нет такой связи с Холокостом. Для них он абсолютно абстрактен. Говорить о Холокосте – то же самое, что говорить о Древнем Риме”.

По его словам, задача состоит в том, чтобы найти средства, которые помогут достучаться до молодых людей. “Мы должны найти способы поговорить с ними так, чтобы они поняли”, – сказал он. Большинство сотрудников, по его словам, моложе 40 лет, что привносит в проект энергию молодости.

Руслан Кавацюк, заместитель директора мемориальной группы, сказал, что более современный подход поможет переориентировать отношение людей к этому месту, восстановив Бабий Яр как подходящее место для чествования жертв. “Если бы вы приехали туда год назад, никто бы не сказал, что это место массового убийства”, – сказал он. “Люди устраивали барбекю, пили пиво. Многие из них не знали, что это за место”.

Глядя на инсталляцию, на которой представлены немецкие фотографии военного времени, сделанные в Бабьем Яру в тех местах, откуда были сделаны снимки. Brendan Hoffman for The New York Times

Использование современных технологий и высококонцептуальных экспонатов не является чем-то необычным во многих музеях и мемориалах, в том числе и в музее памяти жертв 11 сентября. Но стратегия Бабьего Яра по увековечиванию памяти массовых убийств с помощью этих технологий, а также российское финансирование вызывают постоянный шквал критики.

Многие из первоначальной команды консультантов ушли в отставку в 2019 году, протестуя против высокотехнологичной чувствительности арт-директора Ильи Хржановского. Московский режиссер, известный приверженец иммерсивного театра и ролевых игр, г-н Хржановский был назначен на эту должность одним из российских доноров.

Не помогло и то, что ранний план включал, среди прочего, идею внедрения технологий глубокой подделки видео (deep-fake video technologies), которые иногда используются для создания поддельной порнографии знаменитостей. Г-н Кавацюк сказал, что эта идея была отброшена.

Другая ранняя идея – создать компьютерный алгоритм, который бы определял посетителей как жертв, палачей или коллаборационистов и соответствующим образом адаптировал их музейный опыт – также тихо сошла на нет.

“Он (Бабий Яр) стал пространством для самореализации художников которое привлекает внимание. Они (художники) не отчитываются ни перед еврейской, ни перед украинской общинами”, – сказал в интервью Антон Дробович, глава Украинского института национальной памяти, о мемориальном центре.

“Они не чувствуют границы и в какой-то момент они ее перейдут”.

Памятник “Зеркальное поле”. Brendan Hoffman for The New York Times

Экспонаты, вошедшие в мемориал, по мнению организаторов, привлекут внимание поколения, которое, по большей части, не слышало рассказов из первых уст. Например, художественная инсталляция “Зеркальное поле” представляет собой зеркальные колонны, простреленные пулями того же калибра, что и пули, использовавшиеся во время массовых убийств во время Второй мировой войны. Посетители видят свои отражения, пробитые пулями.

В другой экспозиции представлена небольшая синагога, вдохновленная дизайном детской раскрывающейся книжки. Конструкция открывается и закрывается, как книга, открывая внутреннее пространство.

Центр также подвергся критике за то, что он принял финансовую поддержку от двух российских нефтяных миллиардеров, Михаила Фридмана и Германа Хана, которые пообещали выделить около половины средств.

После революции 2014 года Украина стала полигоном для отработки гибридной военной тактики России. Она включает в себя дезинформацию, манипулирование социальными сетями, взлом избирательных систем и убийства. Дезинформация часто направлена на то, чтобы очернить послереволюционное правительство как “неофашистское”, оправдывая военное вмешательство России в Крыму и на востоке Украины.

“Нарратив, который продвигается, носит антиукраинский характер”, – сказал Михаил Басараб, историк, о планах строительства Бабьего Яра. “Есть большие опасения, что мемориальный комплекс строится на российские деньги, чтобы выставить украинцев в мире антисемитами и ксенофобами. А это выгодно Путину”.

Организаторы Бабьего Яра утверждают, что 50 процентов финансирования будет собрано внутри Украины, и отмечают, что г-н Фридман и г-н Хан имеют двойное гражданство – российское и израильское.

Г-н Уманский, историк, работающий в центре, говорит, что если бы это место оставалось заброшенным, то это больше помогло бы российской пропаганде, позволив Кремлю представить украинцев безразличными к преступлениям нацистов. В постсоветскую эпоху десятки или около того предыдущих планов по созданию мемориалов потерпели неудачу.

Многие, кто посетил мемориал в последние дни, выразили благодарность.

Раввин Шломо Вильгельм (Shlomo Wilhelm) из Житомира читает молитву на месте Бабьего Яра. Brendan Hoffman for The New York Times

“Я хочу, чтобы они построили больше, чтобы было легче объяснить моему внуку, что здесь произошло”, – сказала Ала Кондратович, которая помогала 4-летнему мальчику заглянуть в крошечное отверстие одной из новых инсталляций. Внутри была видна историческая фотография Бабьего Яра – жуткая сцена выброшенной одежды мертвых.

Исторические фотографии, которые рассматривал внук г-жи Кондратович, были установлены в точных местах, с использованием технологии трехмерного картографирования, где их сделал немецкий фотограф в 1941 году, что дает возможность заглянуть в ужасное прошлое.

Татьяна Лысак, которая много лет работает гидом в Киеве, сказала, что она довольна изменениями. “Теперь не стыдно приводить сюда людей”, – сказала она.

Экскурсионные группы проходили между новыми художественными инсталляциями. Среди разлетающихся осенних листьев были оставлены букеты в честь жертв. Самая большая охапка цветов образовалась возле памятника детям, погибшим в Бабьем Яру.

Посетители возлагают цветы в воскресенье в память о массовом убийстве. Brendan Hoffman for The New York Times
Автор: Andrew E. Kramer

Оригинал материала ЗДЕСЬ

 

СМИ США
The National Interest: Как противостоять России и Китаю.

Автор – Дэвид Пайн (David Pyne). Боевой и штабной офицер армии США в отставке, магистр Джорджтаунского университета в области исследований проблем национальной безопасности. В настоящее время является заместителем директора консультативной группы Конгресса США по новым вызовам и угрозам (Congressional EMP Commission). В настоящее время для США серьезно возрастает угроза ведения войны на два фронта одновременно с Россией и Китаем из-за …

СМИ США
The Economist: “Они могут убить нас и здесь”.

После подозрительной смерти Виталия Шишова Украина больше не кажется безопасным убежищем для активистов Беларуси. Воскресным утром в конце сентября небольшая группа скорбящих собралась на кладбище в Киеве, чтобы похоронить Виталия Шишова, 26-летнего белорусского активиста, который жил в изгнании в Украине. В начале августа Шишов отправился на пробежку и не вернулся. …

СМИ США
Atlantic Council: Зеленский должен доказать, что он серьезно относится к судебной реформе.

В настоящее время суды Украины находятся на самом дне рейтинга общественного доверия. Последний ежегодный опрос Американской торговой палаты в Украине показал, что более половины топ-менеджеров считают суды главным препятствием, стоящим на пути их бизнеса, в то время как почти все компании-участники заявили, что судебная реформа и верховенство права ключом к …