The Guardian: Наказание российских военных преступников – испытание для Украины.

СМИ ЕВРОПЫ

Автор материала в издании The Guardian Изобель Кошив (Isobel Koshiw) пишет о том, что за последние 30 лет в Украине почти не было успешных крупных судебных процессов. Но, те кто возбуждает такие расследования надеются, что на этот раз все будет иначе. В окружении толпы репортеров на фоне разбомбленных жилых домов и обломков в Бородянке, городе в Киевской области, стояла Ирина Венедиктова, генеральный прокурор Украины.

На плечи Венедиктовой легло бремя по передаче в суд почти 2 000 дел о военных преступлениях, совершенных российскими оккупационными войсками в стране и за рубежом.

Ее офис – единственный орган в Украине, имеющий право проводить расследования. Именно через ее офис собирается информация о военных преступлениях, проводятся расследования и строятся внутренние и международные дела.

Напоминая поездку Владимира Зеленского на недавно освобожденные территории под Киевом, Венедиктова вместе со своими подчиненными ходила по Бородянке, наблюдая за разрушениями, в армейском бронежилете и бейсболке.

“Я наблюдала, как эксгумировали тела в Буче”, – сказала Венедиктова, назначенная в 2019 году, рассказывая об одном из массовых захоронений в соседнем городе Буча, которое расследуется как военное преступление.

Расследование военных преступлений – сложная задача. В нем участвуют команды различных экспертов, которые могут собрать и проанализировать вещественные, устные доказательства и доказательства из открытых источников, которые смогут противостоять защите. Международное уголовное право преследует отдельных лиц, а не государства, поэтому прокуроры должны связать преступление с преступником.

“До войны большинство украинцев не доверяли государству”, – говорит Венедиктова. “Для этого были основания: другие генеральные прокуроры и то, как они себя вели”.

На дороге между городами Буча и Бородянка украинские следователи извлекают боеприпасы и оружие, которые, как считается, были выброшены или спрятаны в водоеме отступающими российскими солдатами.

Генеральную прокуратуру Украины преследуют обвинения в коррупции и неэффективности с момента провозглашения независимости страны.

За последние 30 лет практически не было успешных крупных судебных процессов: расстрел десятков демонстрантов в феврале 2014 года в центре Киева, убийство двух известных украинских журналистов, отравление третьего президента Украины и бесчисленные случаи государственной коррупции и взяточничества не привели к обвинительным приговорам.

Украинские неправительственные организации (НО), государственные служащие и гражданские лица, участвующие в сборе доказательств для построения дел, надеются, что на этот раз все будет иначе, поскольку война проникла во все общество.

Светлана Шевченко, председатель административного суда Киевской области говорит, что “Некоторые люди думают, что с этими делами о военных преступлениях будет та же история. У меня тоже есть сомнения, но я даже не хочу об этом думать”.

Но остаются сомнения в том, сможет ли война сама по себе изменить печально известную мутную судебную систему Украины или гражданское общество должно оказать давление.

На второй день войны юристы, судьи Киевской области и работники судов создали чат в Telegram, куда начали загружать видеозаписи предполагаемых военных преступлений со всей области, обязательно сохраняя метаданные.

Из 28 судей, секретарей и работников суда в Борадянке у 25 были разрушены дома, сказал Шевченко. “Это статистика для вас”, – сказала Шевченко.

Геннадий Стасенко, председатель Бородянского суда Киевской области, стоит на месте, где стоял его стол рядом в здании Бородянского суда.

Теперь они планируют передать собранные ими доказательства на сайт военных преступлений, созданный генеральной прокуратурой.

Свой вклад в создание дел о военных преступлениях вносит и неправительственная организация Truth Hounds (Гончие правды), которую бывшие прокуроры международного уголовного суда (МУС) обучили собирать показания, которые могут быть приняты к рассмотрению. Truth Hounds начала документировать военные преступления в 2014 году на востоке Украины. Сейчас она пытается обучить новых сотрудников, чтобы пополнить свой штат следователей.

Роман Авраменко, исполнительный директор НПО Truth Hounds (Гончие правды), и Яраполк Брыных, член правления Truth Hounds, беседуют с жителями села Старый Басан в ходе расследования военных преступлений.  

После назначения, Венедиктова вновь наняла многих прокуроров, которые были уволены в ходе реформы”, – сказал Ярополк Брыных, член правления организации “Гончие правды”, который входил в люстрационный совет, занимавшийся собеседованиями и увольнениями прокуроров. “Ей пришлось создавать лояльную команду”.

“Но я надеюсь, что война изменит это поведение. У нее нет другого выхода”, – сказал Брых, выступая в Старой Басани, деревни в 100 км. к западу от Киева, где он проводил интервью с жителями, которые рассказали, что один местный был застрелен за то, что выглянул в окно, а еще двоих отвезли в соседнюю деревню и казнили.

Разрушенные здания в селе Старый Басан, к востоку от Киева.

“После войны вы можете себе представить уровень радикализации общества, требования, которые они будут предъявлять властям?”.

«Truth Hounds заявляет», что ее цель – помочь по меньшей мере 10 зарубежным странам, в том числе в Азии и Латинской Америке, создать национальные дела о российских военных преступлениях. Другие страны могут завести собственные уголовные дела, если их граждане были жертвами или если они размещают у себя беженцев, которые пострадали.

Уэйн Джордаш, юрист, чья юридическая фирма была практически единственной, занимающейся военными преступлениями в Украине с 2014 года, сказал, что Венедиктова была первым генеральным прокурором, с которым его фирма имела прямой контакт.

“Именно такой практический подход был необходим”, – сказал Джордаш. “Потому что, знаете, если посмотреть на то, как работает украинская судебная система, то там много разных субъектов, и если они не координируются сверху вниз, то трудно что-либо расследовать”.

Джордаш сказал, что в Украине и за ее пределами признают, что масштаб событий означает, что прокурорам нужна поддержка. Он сказал, что планируется создать мобильные судебные группы из иностранных экспертов для зеркального отражения работы украинских следователей, собирающих доказательства на местах.

Венедиктова также создала международный консультативный совет при Генеральной прокуратуре Украины, в который вошли известные международные юристы по уголовным делам, такие как Амаль Клуни.

“Международная реакция была беспрецедентной”, – сказала Анна Нейстат из Фонда Клуни за справедливость, который объявил, что тоже будет проводить собственное расследование военных преступлений в Украине.

По словам Нейстат, МУС начал расследование всего через несколько дней после вторжения, после того как 39 стран поддержали просьбу Украины.

“Каждый день мы слышим о новых странах, открывающих производство в рамках универсальной или экстерриториальной юрисдикции”, – сказал Нейстат. Более десятка стран уже начали собственные расследования российских военных преступлений, сказал Нейстат.

Россия не признает решения МУС и вряд ли будет участвовать в процессах, начатых в других юрисдикциях. Тем не менее, сказал Нейстат, существует вероятность того, что другие страны передадут обвиняемых подозреваемых, которые в будущем выедут за пределы России и окажутся в красном списке Интерпола или в обвинительном заключении МУС.

Венедиктова сообщила, что в первые дни войны она и Европейский суд создали совместную следственную группу, и что первая делегация из десятков экспертов прибудет из Франции в понедельник. “Мы чувствуем, что сейчас у нас есть реальная поддержка”.

“Я работаю не ради лайков Facebook”, – сказала Венедиктова. “Я демонстрирую Украине и международному сообществу работу всей нашей правоохранительной системы”. “В первую очередь нужно делать свою работу. Украинцы могут судить меня, когда эта работа будет сделана”.

ПРИСОЕДИНЯЙСЯ! БУДЬ НА СВЕТЛОЙ СТОРОНЕ!

 

Страница в Facebook.

Телеграм канал UA-WORLD.

РАССКАЖИ ВСЕМ !

СМИ ЕВРОПЫ
The Guardian: Как должен работать план Маршалла для Украины?

Автор материала в издании The Guardian Барри Эйхенгрин (Barry Eichengreen) анализирует историю плана Маршалла в 1948 году и его применимость к реалиям Украины. Невозможно подсчитать, во сколько обойдется восстановление Украины. Рассуждения о плане Маршалла для Украины сегодня являются популярным видом спорта. Игра начинается с называния стоимости восстановления Украины после разрушительного …

СМИ ЕВРОПЫ
Foreign Affairs: Представляя послевоенную Украину.

Автор материала в издании Foreign Affairs Анна Рид (Anna Reid) пытается анализировать возможные варианты развития Украины после победы над оккупантами. Спустя десять недель после вторжения России в Украину трудно понять, как и когда закончится война. В конце марта российская армия отступила из окрестностей Киева, но она все еще бьет по …

СМИ ЕВРОПЫ
The Economist: Экономике Украины будет трудно выдержать длительную войну.

Авторы материала в издании The Economist пишут о том, что приостановка всего морского экспорта является критической для Украины. Для человека, пытающегося управлять экономикой в разгар вторжения, Сергей Марченко, как ни странно, настроен оптимистично. Россияне, возможно, оккупировали или блокировали главные порты его страны и заставили закрыться большинство предприятий, но министр финансов …