The Economist: Мир должен ответить Путину!

СМИ США
ОРИГИНАЛ СТАТЬИ

Восхищайтесь героизмом и стойкостью Украины. В первые дни войны бронированная армада Путина дрогнула перед мужеством народа, на который он напал. Перед лицом вторжения Путина украинский народ обнаружил, что готов умереть за идею самим выбирать свою судьбу. Для циничного диктатора это должно быть непостижимо. Для остального человечества – это вдохновение.

Если бы только храбрости этой недели было достаточно, чтобы положить конец борьбе. Увы, президент России так просто не отступит.

С самого начала Путин дал понять, что это война на обострение – слово для обозначения грязной и потенциально катастрофической реальности. В самом жестоком смысле эскалация означает одно – что бы ни делал мир, Путин угрожает быть более жестоким и более разрушительным, даже, по его собственным словам, если это означает применение ядерного оружия. И поэтому он настаивает, чтобы мир отступил, пока он точит свой нож и приступает к резне.

Такого отступления быть не должно. Не только потому, что бросить Украину на произвол судьбы было бы неправильно, но и потому, что Путин не остановится на этом. Эскалация – это наркотик. Если Путин одержит победу сегодня, то его следующая попытка будет в Грузии, Молдове или странах Балтии. Он не остановится, пока его не остановят.

Эскалация лежит в основе этой войны, потому что именно так Путин пытается превратить поражение в победу. Первая волна его вторжения оказалась такой же гнилой, как и планировавшая ее шайка – точно так же, как и его предыдущие попытки подчинить себе Украину.

Путин, похоже, поверил собственной пропаганде, что территория, на которую он вторгся, не является настоящей страной. Первоначальное нападение, которое сопровождалось неудачными вертолетными ударами и рейдами легковооруженных подразделений, было задумано с расчетом на то, что противник капитулирует. Вместо этого украинский дух расцвел под огнем. Президент Владимир Зеленский превратился в военного лидера, олицетворяющего мужество и непокорность своего народа.

Оптимизм поджигателя войны сделал Путина ленивым. Он был настолько уверен, что Украина быстро падет, что не подготовил к этому свой народ. Некоторым войскам сказали, что они находятся на учениях или, что их будут встречать как освободителей. Граждане не готовы к братоубийственному конфликту со своими собратьями-славянами. Получив заверения в том, что войны не будет, большая часть элиты чувствует себя униженной. Они в ужасе от безрассудства Путина.

А ведь президент России верил, что загнивающий Запад всегда пойдет ему навстречу. На самом деле, пример Украины вдохновил на марши по столицам Европы миллионы. Западные правительства, прислушавшись, ввели жесткие санкции. Германия, которая всего неделю назад не разрешала посылать ничего более смертоносного, чем каски, теперь посылает противотанковое и зенитное оружие, отменяя десятилетия политики, основанной на укрощении России путем взаимодействия с ней.

Столкнувшись с этими отказами, Путин идет на эскалацию. В Украине он осаждает главные города и вызывает тяжелую бронетехнику, чтобы беспричинно убивать гражданских жителей. Это военное преступление. У себя дома он заставляет россиян подчиняться, удваивая свою ложь и подвергая свой народ самому жесткому государственному террору со времен Сталина. Западу он угрожает ядерной войной.

Мир должен противостоять ему, и чтобы быть убедительным, он должен продемонстрировать, что готов лишить его режим ресурсов, которые позволяют ему вести войну и издеваться над собственным народом, даже если это повлечет за собой расходы для западных экономик.

Санкции, разработанные после аннексии Путиным Крыма в 2014 году, были напичканы лазейками и компромиссами. Вместо того чтобы сдерживаться, Кремль пришел к выводу, что он может действовать безнаказанно. В отличие от них, последние санкции, введенные 28 февраля, обрушили рубль и обещают нанести ущерб финансовой системе России. Они эффективны, потому что разрушительны.

Опасность эскалации заключается в том, что она легко может стать проверкой того, кто больше хочет и может пойти на крайние меры. Недавние войны были асимметричными. Аль-Каида и Исламское государство готовы совершить любое злодеяние, но их силы ограничены. Америка может уничтожить планету, но против таких врагов, как талибы в Афганистане, никто не представлял, что она готова. Вторжение в Украину – это совсем другое, потому что Путин может вести войну до самого Армагеддона, и он хочет, чтобы мир поверил, что он готов это сделать.

Идея применения Путиным ядерного оружия на поле боя, конечно, маловероятна, но не невозможна. В конце концов, он только что вторгся в страну своего соседа. И поэтому мир должен его сдерживать.

Кто-то скажет, что нет смысла спасать Украину только для того, чтобы запустить спираль, которая может уничтожить цивилизацию. Но это ложный выбор.

Путин говорит, что он хочет вытеснить НАТО из стран бывшего Варшавского договора, а Америку – из Европы. Если он победит в этой эскалации, то следующая конфронтация будет еще более опасной, потому что он будет менее готов поверить в то, что Запад хоть раз настоит на своем.

Другие могут заключить, что Путин безумен, а сдерживание безнадежно. Действительно, его цели отвратительны, как и средства их достижения. Он также не преследует истинных интересов России. Но, тем не менее, он понимает, что такое власть и как ее удержать. Несомненно, он знает язык угроз.

Другие захотят предотвратить эскалацию, говоря, что Путина нужно остановить, пока не стало слишком поздно. По мере того, как из руин украинских городов всплывают картины страданий, раздаются призывы к НАТО создать бесполетную зону. Однако для обеспечения такой зоны необходимо сбивать российские самолеты и разрушать российскую противовоздушную оборону.

Вместо этого, НАТО должно сохранить четкую грань между нападением на Россию и поддержкой Украины, не оставляя при этом сомнений в том, что оно будет защищать своих членов. Это лучший тормоз для эскалации.

Что же можно сделать, чтобы сдержать Путина, не навлекая на себя разрушения?

Только господин Зеленский и его люди могут решить, как долго воевать. Но если Путин устроит кровавую баню, Запад может закрутить гайки. Нефтегазовое эмбарго еще больше разрушит экономику России. Сторонники Украины могут прислать больше и лучше оружия. НАТО может разместить больше войск в приграничных государствах.

Дипломатия тоже имеет значение. На мирных переговорах в Беларуси на этой неделе Россия все еще выдвигала возмутительные требования, но переговоры должны продолжаться, поскольку они могут помочь предотвратить войну на истощение.

Европейский Союз сделал все возможное, чтобы раскрыть свои объятия украинским беженцам, число которых уже превысило 1 млн. человек. Прибежище может укрепить руку украинских переговорщиков, как и путь к членству в ЕС.

Китай и Индия до сих пор отказывались осудить Путина. По мере его эскалации они могут быть достаточно встревожены, чтобы попытаться уговорить его.

И в России есть над чем работать. Военные командиры должны знать, что их будут преследовать за военные преступления, используя доказательства, полученные с помощью бесчисленных смартфонов.

То же самое должно знать и окружение Путина. Его силовики подписались на то, чтобы набить свои карманы в клептократии, а не на билет в Гаагу. Запад может тактично заверить их, что если они отстранят президента России от власти, то Россия начнет все с чистого листа.

Как бы ни было тошно, Запад должен дать Путину путь к отставке и забвению – так же, как он должен дать убежище тем, кто спасается от его террора.

Дворцовый переворот может показаться более правдоподобным, когда ужас содеянного Путиным уляжется. Экономике грозит катастрофа. Число жертв среди российских военных растет. Украинские родственники россиян подвергаются массовому уничтожению в конфликте, развязанном в угоду одному человеку. Даже сейчас храбрые россияне выходят на улицы в знак протеста против преступления, которое пятнает их страну.

В конечном итоге, ненужная война Путина – это война, которую ни он, ни Россия не могут выиграть.

 

СМИ США
The New York Times: Перестройка армии РФ провалилась.

Автор статьи в издании The New York Times Нил Макфаркухар (Neil MacFarquhar) анализирует состояние вооруженных сил России. На основании опыта Украины он приходит к выводу, что все попытки ее реформировать в значительной степени провалились. Не монстр, но и не кролик. Армейские машины настолько обветшали, что ремонтные бригады размещались примерно через …

СМИ США
The New York Times: Растущие военные неудачи пробивают пузырь пропаганды Кремля.

Авторы статьи в издании The New York Times Антон Трояновский (Anton Troianovski) и Марк Сантора (Marc Santora) пишут о том, что усилия официальной кремлевской пропаганды по замалчиванию военных неудач в войне с Украиной прорывают абсолютный контроль диктаторского режима Путина на средствами массовой информации. Поражение российского батальона, пытавшийся переправиться через реку …

СМИ США
Time: Украина демонстрирует силу свободного народа.

Автор материала в издании Time Фредерик Каган (Frederick Kagan) пишет о том, что российское вторжение в Украину – это противостояние диктатуры против свободного народа. Свободный народ побеждает в немалой степени потому, что он свободен. И Украина, и Россия вышли из разрушенного Советского Союза с бременем поколений угнетения. Обе страны боролись …