Foreign policy: Россия не отпустит Украину без боя.

СМИ США

Статья Майкла Киммиджа (Michael Kimmage) и Майкла Кофмана (Michael Kofman) в «Foreign policy» рассматривает вероятность полномасштабного вторжения России в Украину. Москва угрожает войной, чтобы обратить вспять прозападный вектор Киева. 

В течение последних нескольких месяцев Москва наращивала свои силы вдоль украинской границы, что может стать прелюдией к военной операции, цель которой – разрешить политический тупик в Украине в свою пользу.

Зловещие признаки указывают на то, что Россия может провести военное наступление в Украине уже предстоящей зимой.

Хотя президент России Владимир Путин, возможно, снова прибегает к дипломатии принуждения, на этот раз Москва, возможно, не блефует. Если соглашение не будет достигнуто, конфликт может возобновиться в гораздо больших масштабах. 

Зачем Путину рисковать геополитическими и экономическими потрясениями, возобновляя военную конфронтацию с Украиной? В конце концов, у него есть веские причины быть заинтересованным в региональном статус-кво.

Россия аннексировала Крым в 2014 году, получив один из крупнейших земельных захватов в Европе со времен Второй мировой войны.

Западные санкции, введенные против России за ее вторжение, не были особенно жесткими, а макроэкономическая ситуация в России стабильна.

Россия также сохраняет прочные позиции на европейском энергетическом рынке: газопровод “Северный поток-2”, который закрепит зависимость Германии от российского природного газа, несмотря на юридические проблемы.

Между тем, Соединенные Штаты и Россия ведут переговоры о стратегической стабильности.

Путин встретился с президентом США Джо Байденом в июне в рамках усилий по построению более предсказуемых отношений между странами.

Россия и Украина находятся на траектории возобновления неразрешенного конфликта, который может еще раз перекроить карту Европы и перечеркнуть усилия Вашингтона по стабилизации отношений с Россией.

Год за годом Москва теряет политическое влияние в Украине. В прошлом году правительство в Киеве заняло жесткую позицию в отношении требований России, заявив, что не пойдет на компромисс ради сотрудничества с Путиным.

Европейские страны поддержали позицию Украины. Киев одновременно расширил сотрудничество в сфере безопасности с американскими и европейскими соперниками России.

Поскольку Москва становится все более уверенной в себе в политическом и экономическом плане, переключение внимания и ресурсов Вашингтона на конкуренцию с Китаем, возможно, убедило Путина в том, что Украина теперь представляет для США второстепенный интерес.

Российские лидеры дали понять, что устали от дипломатии и считают нетерпимой растущую интеграцию Украины в НАТО. Подготовлена почва для того, чтобы Москва изменила это уравнение с помощью силы – если Москва, Вашингтон и Киев не смогут найти мирное решение.

ПОДГОТОВКА К ВОЙНЕ

Силовая позиция России не говорит о том, что вторжение неизбежно. Вполне возможно, что политическое решение о начале военной операции еще не принято.

Тем не менее, военная активность России в последние месяцы выходит далеко за рамки обычного цикла подготовки. В Западном военном округе, который граничит с Украиной, развернуты подразделения, расположенные за тысячи километров.

Армии с Кавказа направили подразделения в Крым. Это не обычные учебные мероприятия, а скорее попытка подготовить подразделения и технику к потенциальным военным действиям.

Более того, многие подразделения, похоже, перемещаются ночью, чтобы избежать пристального внимания, в отличие от предыдущего наращивания сил в марте и апреле.

Сценарий более широкой войны вполне правдоподобен. Если он осуществится, выбор Путина в пользу расширения тлеющего конфликта не будет импульсивным. Наследие украинского кризиса 2014 года по-прежнему больше способствует эскалации, чем замораживанию этого конфликта в холодный мир.

Что изменилось за последний год?

Во-первых, российская стратегия в Украине не привела к политическому решению, которое Москва могла бы принять. После кампании 2018 года, которая предполагала некоторую открытость к диалогу, жесткий поворот президента Украины Владимира Зеленского от поиска компромисса с Россией год назад устранил всякую надежду на то, что Москва сможет достичь своих целей путем дипломатического взаимодействия.

Москва не видит выхода из-под западных санкций, а переговоры между Россией, Украиной, Германией и Францией, направленные на урегулирование конфликта на востоке Украины, ни к чему не приводят. Пока эти политические и дипломатические усилия буксуют, Москва знает, что предыдущие попытки применить силу принесли свои дивиденды.

В то же время Украина расширяет свои партнерские отношения с Соединенными Штатами, Великобританией и другими странами НАТО.

Соединенные Штаты предоставляют летальное оружие, а НАТО помогает обучать украинских военных.

Эти связи являются занозой в жопе Москвы, и Россия постепенно перешла от рассмотрения членства Украины в НАТО как красной линии к противодействию растущему структурному оборонному сотрудничеству Украины с западными противниками.

С точки зрения Кремля, если украинская территория станет инструментом против России на службе США, а российские военные сохранят способность что-то предпринять, то применение силы является более чем жизнеспособным вариантом.

Администрация Зеленского также выглядит слабой и все более отчаянно пытается найти поддержку внутри страны.

Он не сделал многого для снижения уровня коррупции или отделения Украины от давней традиции олигархического правления.

Его рейтинг одобрения в октябре 2021 года, по данным Киевского международного института социологии, составляет 24,7 процента.

Российские чиновники ясно дали понять, что не видят смысла в переговорах с Зеленским и весь год активно делегитимизировали его администрацию.

Если Москва отказалась даже от притворства дипломатического взаимодействия, это говорит о том, что применение силы становится все более вероятным.

Внутреннее положение России и более широкие геополитические события не менее важны.

Путинский режим кажется нерушимым, а оппозиция подавлена. Москва восстановила свое финансовое положение после введения западных санкций в 2014 году и в настоящее время располагает валютными резервами в размере около 620 миллиардов долларов.

В этом году Россия также может иметь значительные рычаги влияния на Европу из-за резкого роста цен на газ и дефицита энергоснабжения.

Между тем, Европа погрязла в раздумьях после беспорядочного вывода войск из Афганистана и все еще пытается определить свою цель “стратегической автономии”.

Администрация Байдена сосредоточилась на Китае, сигнализируя о том, что Россия занимает более низкое место в повестке дня, а Европа не является главным приоритетом политики.

Таким образом, Украина представляет собой второстепенный интерес на второстепенном театре военных действий.

В течение последнего года российское руководство использовало жесткую риторику, привлекая внимание к своим “красным линиям” в Украине.

Москва не верит, что Соединенные Штаты воспринимают ее всерьез. В октябре 2021 года Путин отметил, что хотя формально Украина может и не получить членство в НАТО, “военное освоение территории уже идет”. И это действительно представляет угрозу для России”.

Сомнительно, что это пустые слова. Российское руководство не видит перспектив дипломатического урегулирования и считает, что Украина сползает в орбиту безопасности США.

Возможно, по этой причине оно считает войну неизбежной. Российские лидеры не считают, что применение силы будет легким или не потребует больших затрат, но они понимают, что Украина движется по неприемлемой для них траектории и что у них мало вариантов для спасения своей прежней политики.

Возможно, они также пришли к выводу, что использование военных вариантов будет менее затратным сейчас, чем в будущем.

ТУПИКОВАЯ ДИПЛОМАТИЯ

Россия одержала своеобразную победу во время своего военного наступления в Украине в 2014-15 годах. Она вынудила Киев заключить невыгодные для него соглашения о прекращении огня.

С тех пор вооруженные силы Украины значительно улучшились, но и российские тоже. Количественное и качественное превосходство России остается значительным.

Однако успех России на поле боя не привел к дипломатическому успеху ни в 2014 году, ни в последующие годы. Соглашение, которое появилось в результате войны, было названо Минским протоколом, по имени города, в котором проходили переговоры.

Это соглашение оказалось проигрышным: Украина так и не восстановила свой территориальный суверенитет. США и их европейские союзники, которые избегали потенциально эскалации конфликта с ядерной державой, не смогли заставить Россию вывести войска с помощью санкций.

Влияние России на Украину – за исключением территорий, которые она аннексировала или захватила – с 2015 года неуклонно снижается.

В 2014 году Украина подписала соглашение об ассоциации с Европейским союзом, что позволило ей войти в сферу европейского регулирования. Это был тот самый результат, который Россия пыталась предотвратить.

Киев продолжает настаивать на членстве в НАТО, и хотя у него нет ближайших перспектив вступления в альянс, его оборонное сотрудничество с членами НАТО только углубляется.

Хотя Зеленский баллотировался на платформе переговоров с Москвой и предпринял попытку дипломатического взаимодействия после вступления в должность, в 2020 году он изменил курс, закрыв пророссийские телеканалы и заняв жесткую позицию в отношении требований России.

Администрация Зеленского (на самом деле этот шаг предпирянл предыдущий президент Украины Порошенко) поставила Украину на путь “евроатлантической интеграции” – фраза, которую американские дипломаты постоянно используют для описания стратегической ориентации Украины – дороги, ведущей прочь от России.

Хотя после 2016 года боевые действия на востоке Украины утихли, тлеющий конфликт скрывает нестабильное положение дел в Европе.

Россия и США, чье влияние в Восточной Европе пересекается, должны были стать противниками в том, что Вашингтон сейчас называет “стратегическим соревнованием”.

С 2014 года разрыв между риторикой и действиями США в Украине и в других местах остается открытым.

Сирийский конфликт показал отсутствие американской решимости в отношении заявленной цели: “Асад должен уйти”. Вашингтон не противодействовал российскому военному присутствию, позволив Москве расширить свое влияние на Ближнем Востоке.

Неразбериха с выводом войск США из Афганистана и туман вокруг сделки по подводным лодкам AUKUS (Австралия – Великобритания – Соединенные Штаты) с Австралией, которая обошла стороной и разозлила Францию, выявили серьезные проблемы координации в трансатлантическом альянсе.

Вашингтон выглядит утомленным войной, а Россия, вероятно, сомневается в том, что ее заявления о политической поддержке Украины подкреплены надежной решимостью.

Если Путин оценит поддержку американскими чиновниками территориальной целостности Украины как неискреннюю – а пока мало что говорит об обратном, – он не откажется от силового изменения регионального баланса сил.

Было бы глупо пытаться завоевать всю Украину, огромную страну с населением более 40 миллионов человек, но было бы нереально попытаться разделить страну на две части или навязать новое урегулирование, направленное на то, чтобы обратить вспять путь Украины к евроатлантической интеграции и сотрудничеству в сфере безопасности с США.

Москва уже давно стремится пересмотреть урегулирование, сложившееся после холодной войны.

Российские лидеры могут полагать, что война такого масштаба не только не приведет к дальнейшим усилиям по сдерживанию, но со временем заставит задуматься о роли России в европейской безопасности.

Целью России уже давно является восстановление регионального порядка, при котором Россия и Запад имеют равное право голоса при решении вопросов безопасности в Европе.

Сомнительно, что Путин верит в возможность достижения такого урегулирования путем убеждения или обычной дипломатии.

Российские военные действия могут напугать ведущие европейские государства, некоторые из которых считают, что занимают второстепенное место в стратегии США и хотят занять позицию между Китаем и Соединенными Штатами и вынудить их согласиться на новый договор с Москвой.

Это не означает, что такой исход вероятен, но это может быть именно та возможность, на которой сосредоточены российские лидеры.

ПОИСК СТАБИЛЬНОСТИ

Соединенные Штаты должны сделать два вывода из наращивания Россией военной мощи вокруг Украины.

Первый заключается в том, что это вряд ли будет просто еще одной демонстрацией принуждения, несмотря на неоднозначные заявления Москвы привести Украину в орбиту России. “Наши недавние предупреждения были замечены и возымели действие”, – заявил Путин 18 ноября.

За день до этого Министерство иностранных дел России опубликовало частные письма Франции и Германии по вопросам дипломатии в отношении Украины, что является оскорблением для партнеров России по Минску.

Ключом к ответным действиям Вашингтона будет подготовка к тому, что война может разразиться в 2022 году, упреждающая координация действий с европейскими союзниками и разъяснение Москве последствий таких действий.

Действуя сейчас, Соединенные Штаты могут совместно со своими европейскими партнерами повысить экономические и политические издержки военных действий для России, что, возможно, снизит вероятность войны.

Неспособность выработать скоординированный ответ на российскую агрессию уже дорого обошлась Украине.

В 2014 году только после того, как поддерживаемые Россией сепаратисты сбили гражданский пассажирский самолет в июле – спустя долгое время после российской аннексии Крыма и вторжения в Донбасс – Европа приняла санкции.

На этот раз Соединенные Штаты должны избежать этого губительного прецедента разрозненной и реактивной политики. Хотя Вашингтон, возможно, захочет сохранить некоторые скрытые возможности, он должен публично описать основные контуры своей поддержки суверенитета Украины в тандеме со своими европейскими союзниками и задолго до начала крупного военного конфликта.

Это потребует детального изложения решимости Запада и его “красных линий” в ближайшие несколько недель. Гуманитарные и стратегические масштабы крупномасштабного российского вторжения не требуют ничего меньшего.

Хотя 18 ноября заместитель государственного секретаря по политическим вопросам Виктория Нуланд охарактеризовала приверженность США суверенитету и территориальной целостности Украины как “железную”, что является языком союзников по договору,

Соединенные Штаты не дают Украине никаких официальных обязательств в сфере безопасности.

Такие заявления до сути напоминают политическую поддержку Грузии в преддверии российско-грузинской войны 2008 года. Мало того, что Россию вряд ли отпугнут дипломатические термины, не вызывающие доверия, она попытается нанести ущерб репутации Соединенных Штатов, когда Вашингтон выглядит настолько перенапряженным.

Соединенные Штаты должны действовать, но им следует позаботиться о том, чтобы не вводить украинское руководство в заблуждение, ожидая поддержки, которая не будет оказана.

Если Белый дом не видит для себя военной роли в Украине, как это было в 2014 году, он должен сказать об этом Киеву в частном порядке и откровенно, чтобы лидеры Украины могли действовать с полным осознанием геополитической реальности.

Во-вторых, независимо от того, начнется ли война в Украине в ближайшие месяцы или нет, Соединенные Штаты и их европейские союзники должны быть более честными в отношении нынешнего дипломатического тупика, в котором они оказались.

Россия не находится в геополитическом отступлении и Украина вряд ли уступит.

Продолжение борьбы за влияние в Украине неизбежно и будет ухудшаться, прежде чем станет лучше.

Украина находится в центре этого решения и эти разговоры должны отражать украинскую позицию.

Но, как ни парадоксально, в дипломатическом процессе заметно отсутствие не Украины, а Вашингтона.

Продолжающийся конфликт является самым важным источником нестабильности в отношениях между Россией и Соединенными Штатами – Вашингтону необходимо решить эту проблему.

Поиск стратегической стабильности будет с трудом уживаться с конфликтом.

Но в условиях обострения конкуренции между двумя крупнейшими ядерными державами мира она не является роскошью или миражом. Это необходимость.

КОММЕНТАРИЙ

Малєєв Костянтин              Голова компанії агенції політичного консалтингу «Перспектива». https://perspectiva.org.ua

Тот факт, что западные эксперты все больше говорят о возможном прямом и полномасштабном нападении России на Украину не только убеждает нас в реальности такого сценария, но и формирует мировое общественное мнение.

Есть шанс, что оно (это мнение) будет становится все менее благодушным относительно политики Путина, что, в свою очередь, приведет к более трезвой позиции руководителей Европейских и североамериканских стран.

Они, наконец перестанут закрывать глаза на безграничные аппетиты и безграничную же агрессивность кремлевской верхушки.

Иными словами, Si vis pacem, para bellum («Хочешь мира — готовься к войне»). И каждый шаг, подталкивающий мировое сообщество в направлении подготовки к войне с агрессивными планами страні агресора Российской Федерации лишь укрепляет нашу надежду на то, что мир, может быть, удастся сберечь. Всем добра.

 

ПРИЄДНУЙСЯ ДО НАС 

    

ПОДІЛИСЬ З ДРУЗЯМИ

СМИ США
The New York Times: Байден и Путин провели саммит.

Статья политических обозревателей «The New York Times» Дэвида Сэнгера (David E. Sanger) и Майкла Кроули (Michael Crowley) основана материалах брифинга советника по национальной безопасности президента США Джейка Саливана. Это пока единственный достоверный источник информации о проведенном вчера виртуальном саммите президентов США и России. Президент Байден предупредил президента Владимира Путина, что …

СМИ США
Foreign Affairs: Дипломатия и гибкость могут предотвратить кризис в Украине.

Анжела Стент (Angela Stent) в своей статье в издании «Foreign Affairs» анализирует тактику США и России в противостоянии по вопросу Украины. Автор считает, что тактика неопределенности, которой пользуется Россия могла ба быть использована и США. Анжела Стент  считает, что настоящей йелью РФ является не Украина, а принуждение США к новому …

СМИ США
Atlantic Council: Будущее Европы будет решаться в Украине.

Статья Министра обороны Украины Алексея Резникова в Atlantic Council. Автор приходит к выводу, что вторжение РФ в Украину разрушит мировой порядок безопасности и приведет к хаосу и кризису в Европе. Также приводятся планы реформирования оборонного сектора Украины. Мое назначение на должность министра обороны Украины в начале ноября совпало с волной …